Close

Меня раздражает мой ребенок. Требует внимания. А я хочу, чтобы сам справлялся

Если вам знакома эта проблема, этот текст для вас.

…Одна женщина раздражается на старшую дочь, которой 7 лет. Она требует внимания: чтобы с ней посидели, поговорили, поиграли. У этой же женщины есть младшая дочь, ей три года.

Женщине кажется, что младшей действительно нужно уделять внимание, а старшая уже выросла, и должна теперь помогать матери. И потому дочь очень раздражает своими требованиями.

…Начинаем работать. Я, как психолог, знаю, что если ребенок 7-ми лет требует внимания, как маленький, значит он и есть маленький. То есть застрял в своем развитии, и не движется.

Все дело в том, что ребенок, если все идет хорошо, сам хочет отделяться от матери. Он нуждается в ней, но также ему интересно исследовать мир. Если мать по каким-то причинам недоступна, он начинает цепляться за нее.

Осталось выяснить, почему это произошло.

Я спрашиваю, что, как ей кажется, дочь должна делать. Мама начинает перечислять требования: чтобы не мешала, зубы нормально чистила, потому что вот она в этом возрасте даже к стоматологу сама ходила; перестала бояться, ждать и просить.

«То есть чтоб перестала быть ребенком», — подытоживаю я.

Мама ошарашена, молчит.

Я интересуюсь, не была ли она сама такой самостоятельной в своем детстве. Так и есть: ее собственная мама была тревожной, бессильной, на нее нельзя было опереться. Зато она радовалась дочкиной самостоятельности.

Это был единственный способ увидеть улыбку не ее лице. Все сделать самой, поддержать маму, и принести пятерку.

В остальных случаях мама плакала и страдала.

…Дорогой читатель, ты можешь быть удивлен. Но я такой феномен видела десятки раз: мама-жертва настолько не имеет ресурсов выращивать дочь, насколько не признает это.

То есть она не может себе честно признаться, что родила дочь не потому что хотела, а потому что так правильно. А когда родила, поняла, что нужно вкладываться. А вкладываться нечем.

Что происходит, если мать не признает свои ограничения? Тогда всю ответственность возьмет ребенок. Будет подстраиваться так, чтобы мама не сделала ради нее лишних движений. Причем она же будет защищать и отстаивать маму, потому что есть у нее такая детская идея: когда мама улыбается, мама у меня есть.

Из-за того что собственные страдания не признаны, ей кажется, что так и должно было быть.

Из-за этого она не видит нужды своей дочери, не сочувствует ей, и требует тех же жертв, которые принесла она сама своей матери.

К счастью, дочь не настолько запугана (и надо отдать должное моей клиентке, это ее заслуга), и потому сопротивляется быть взрослой раньше времени. И даже напротив, застревает в том самом возрасте, в котором ей отдали ответственность за себя — в возрасте трех лет.

Терапия клиентки будет заключаться в том, что женщина признает себя пострадавшей. И перестанет считать то, что с ней случилось, нормой.

Это поможет ей отдать матери ее ответственность за то, что произошло в ее детстве, а себе взять свою, материнскую, за свою дочь.

Я думаю, это произойдет не сразу, потому что нездоровые модели формировались не один год, но это случится. Ребенок будет признан ребенком, нормальный ход вещей восстановится, и они с дочерью станут близкими людьми.

Автор рисунка Марина Петрусь